В этот день Победы хотел бы опубликовать рассказ своего покойного деда, пережившего Вторую мировую... Он не служил в армии- работал в системе Мосэнерго на электростанции, трубы которой и сейчас торчат напротив Кремля. Его работа начальником смены (часто во время авианалетов) была очень малым, но все же вкладом в нашу общую Победу.

... в июне 1942 года деда направили в командировку в Архангельск - принимать пришедшее из Англии на военном конвое новое оборудование для трансформаторного цеха. На набережных города собралось много военных, да и просто зевак. Немецкие торпедоносцы внезапно появились со стороны берега, и потопили корабль практически на глазах деда, всего в десятке километров от причалов... Делать нечего, деду надо было собираться обратно. Его погрузили в сборный эшелон, где в хаотичном порядке двигались и пассажирские теплушки, и разные военные грузы.

.. Томительно пройдя несколько сот километров к Москве, эшелон намертво встал на станции Няндома. Стояли уже почти сутки. Налицо было незнакомое нам сейчас явление (но хорошо знакомое тогдашним жителям СССР)- железнодорожная пробка. Ночью никто не спал - погода была идеальной и все ждали удара авиации (хотя что за ночь в июне на Севере-светло, как днем). Пассажиры эшелона старались кучковаться поближе к тамбурам, а то и вообще стояли на путях. Все пути станции были забиты эшелонами с авиабензином, артснарядами ("родные" американские снаряды к танкам "Матильда"), разным другим имуществом. И с мазутом - в обратную сторону, для заправки кораблей конвоя. Где-то сзади торопливо пыхтел маневровый паравозик - перетаскивал вагоны из состава в состав. Люди напряженно смотрели в небо, и никто не заметил, как в какой-то момент он разогнался, и не тормозя, сильно ударил состав деда в хвост. Скорость была не очень большая, и сначала показалось, что все обошлось. Стук сцепок пронесся по составу..

... "Выброс" одного из вагонов произошел недалеко от деда. Вагон с боеприпасами встал поперек путей, проламывая стоящую на соседней колее цистерну с бензином. Она упала, увлекая за собой соседние. Память деда запечатлела ящики со снарядами, падающие в лавину бензина. .. И дымящуюся папиросу, намерво зажатую в поднятых руках...  Однако и на войне бывают чудеса...

.. Через несколько минут дед вместе со всеми уже деловито таскал ведрами песок с насыпи, засыпая озера горючего.. Одурев от бензиновой вони и сменившись, он направился  вдоль составов- проветрить одежду. Постепенно продвигаясь вдаль от места происшествия, дед подошел к самым дальним вагонам...

Внезапно внимание деда привлек один пассажирский вагон. От него ужасно, нестерпимо воняло испражнениями. Он никак не мог быть передвижным сортиром - таких вагонов нет в РЖД сейчас, не было и тогда. Кроме того, изнутри вагона доносились какие-то невнятные голоса - бормотание, ругань, и какой-то звериный вой...  Дед осторожно поднялся в тамбур. В первом купе открыто лежали чьи-то личные вещи, продукты, был даже пистолет. Видимо, увидя случившееся недавно на путях, обитатели этого вагона оперативно оставили его и сейчас отсиживались где-то в лесу... 

Однако непонятные мужские голоса были дальше, и стали громче. Дед вошел в "салон" вагона... ... Это было похоже на какой-то склад.. В вагоне по бокам были двухярусные полки, на которых в лужах мочи стояли большие корзины. Голоса шли оттуда. Но - в этих корзинах мог  бы еще спрятаться ребенок, но никак не взрослый мужчина!! 

Преодолевая отвращение к вони испражнений, дед осторожно подошел к одной из этих корзин и снял с нее плетеную крышку.

В корзине сидел солдат. Но- так сказать, не простой солдат. У него не было ни рук ни ног... Преодолев первый шок от увиденного, дед расспросил солдата, - да как же это так...

Вообщем, был бессмысленный приказ на пеший трехдневный марш в полярную метель под Мурманском... Никто не воевал и часа.. Почти весь личный состав отморозил себе все, что можно.. Оставшихся в живых после марша смерти собрали в маленький лазарет в лесу под Архангельском.. Оттуда их теперь и везут на юг страны.. Таких калек называют "самоварами"... Остолбенев от услышанного, дед только и смог глупо спросить "а как же, брат, неужели все конечности отморозили?  Неужели не было таких, у кого осталась бы хоть одна рука или нога.."..

- Конечно, были и частичные калеки, охотно обьяснил солдат... Но такие, кто мог ковылять, или махать руками- они пытались как-то защищать свои права в общении с санитарами ("добрые" санитары безжалостно обворовывали инвалидов, меняя на водку предназначенные им продукты, и кормили обьедками).  Эти полукалеки очень доставали санитаров, отвлекая их от беспробудного пьянства. Рассвирипев, санитары паковали очередного инвалида в эти страшные корзины, и выносили их на улицу, подвешивая  на сук березы. Через несколько часов на свежем морозце недовольные затихали....

Собеседник деда не преминул отметить человеколюбие и гуманизм персонала санитарного вагона, временами переставляющего корзины с верхней полки на нижнюю, и обратно. "Внизу" быть не очень кайфово - в туалет-то никто их не выносит, все ж ходят "под себя"...

Ну вот такая история. Вообщем, по гос- телевизору точно не покажут.

Удачи, пацаны !  С праздником !